Взаимоотношения между Австро-Венгрией и Германией

Отставка Бадени не ослабила внутреннего кризиса в Австро-Венгрии и еще более ухудшила взаимоотношения между Австро-Венгрией и Германией. Правительство возглавил барон Гауч фон Франкентур, старый опытный бюрократ, который должен был найти пути к осторожному отступлению правительства, найти какой-то компромисс между социальными верхушками борющихся национальных элементов с тем, чтобы сохранить двуединую основу австро-венгерской монархии Габсбургов. Это было правительство переходного типа, которое в такой же степени боя-

лось открыто отменить указы Бадени, как и объявить о том, что они сохраняют силу. Оно бесконечно совещалось по вопросу о том, как выйти из положения, испытывая при этом постоянно сильное давление со стороны Германии.

Это давление оказывала не только пангерманская пропаганда, но и официальная дипломатия. Эйленбург, германский посол в Вене, старался вмешиваться в переговоры, которые австрийское правительство вело то в Вене, то в Будапеште, но не всегда удачно. Маневрируя, правительство должно было искать поддержки то польских, то чешских аграриев, и все это очень не нравилось Эйленбургу. На это сообщение Вильгельм отозвался очень определенно: «Finis triplicae» («конец Тройственному союзу»),— надписал он на полях донесения Эйленбурга. Граф Голуховский, который при смене правительств в Вене сохранил свой пост министра иностранных дел, убеждал своих германских союзников не нервничать, не проявлять излишней торопливости и, наконец, понять и привыкнуть к мысли, что Австро-Венгрия переживает серьезный внутренний кризис и что потребуется еще много лет, прежде чем он будет изжит. Но как и пангерманские круги, берлинское правительство понукало правительство Гауча отменить указы Бадени и взять откровенно античешский и анти — славянский курс. Венское правительство чувствовало себя не в силах это сделать, что вызвало сильное беспокойство или, правильнее сказать, недовольство в правящих сферах Германии. Эйленбург считал, что Гауч готовит новые уступки верхушечным элементам чешского и польского населения. Это сообщение вызвало у Вильгельма бурную реакцию: даже самые ограниченные уступки славянскому населению он рассматривал как начало конца Габсбургской монархии и как угрозу его собственной германизаторской политике в польских областях Пруссии. Отсюда он делал вывод: «Мы должны своевременно наладить крепкий мост к России».

Категория: Дипломатия
Вы можете следить за комментариями через RSS 2.0 фид. Комментарии и Пинг закрыты.

Комментарии закрыты.