Скальп Полковника – неоднозначный трофей

QaddafiБывший офицер и революционный лидер Муаммар Каддафи погиб от огнестрельных ранений, и это своего рода историческая справедливость, пишут СМИ. Его смерть автоматически не решает проблем Ливии, власть в Триполи еще могут захватить «радикальные и вооруженные исламисты». Ожесточенные бои обошлись стране как минимум в 25 тысяч жизней, но Кэмерон и Саркози показали, что могут воевать «почти без США». Оставшиеся «арабские диктаторы» должны делать выводы.

Гибель Муаммара Каддафи открывает Ливии возможность нового начала, пишет в редакционной статье The Times. Вопреки собственным тщеславным предсказаниям, он умер не смертью мученика — Каддафи умер типичной смертью человека, находящегося в бегах, полагает издание. «Когда от Переходного национального совета пришли подтверждения его смерти, Ливию охватило неистовое и внезапное ликование. Люди обнимались, нескончаемо палили в воздух и отмечали «освобождение» после восьми месяцев ожесточенных боев, которые обошлись стране, по меньшей мере, в 25 тысяч жизней», — говорится в статье.

Ливия входит в новую фазу, смерть диктатора влечет за собой переход к демократии, провозглашенный ПНС несколько месяцев назад. Это сложный и потенциально опасный процесс, отмечает издание. Непосредственная задача должна состоять в том, чтобы положить конец любому дальнейшему сопротивлению сторонников Каддафи. Большинство из них сейчас поймут, что их дело проиграно.

Настал момент, когда внешний мир может помочь, продолжает The Times. Великобритания должна протянуть руку дружбы в момент, когда ПНС попадет под шквал противоречивых желаний, преувеличенных ожиданий народа и маневров исламистов.

«Весной Запад оказался перед выбором. На его глазах начинался новый геноцид, и, несмотря на голоса мудрецов, предупреждавших об опасности соскользнуть на путь интервенции, он предпочел вмешаться. Это не значит, что Кэмерон подписался под новой доктриной вмешательства, — подчеркивает британское издание. — Но он и Саркози показали, что военные действия не обязательно должны обернуться тупиком или провалом. Они могут закончиться освобождением народа, оказавшегося перед лицом гибели и тирании». Лидеры двух стран проявили политическое мужество, говорится в статье.

Каддафи предсказал конец своей легенды: он никогда не сдастся и не покинет страну, а умрет с оружием в руках, мрачно предрекал он не единожды. То, что бывший офицер и революционный лидер погиб от огнестрельных ранений, можно расценивать как своего рода историческую справедливость, пишет Sueddeutsche Zeitung. «Теперь для нового режима окончательно пробил час истины. Ведь смерть Каддафи автоматически не решает существующих в Ливии проблем — скорее с уходом полковника они только начинаются. Для западных союзников на кону также стоит немало», — замечает автор публикации Рудольф Химелли.

Смерть Каддафи стала облегчением для повстанцев. «Как бы им пришлось поступить с живым полковником? Суд, основанный на жажде мести, неприемлем для западных союзников. А об объективном процессе в Ливии не могло быть и речи. Неудобным аспектом стали бы и всплывшие в ходе суда сделки западных держав, от которых долгое время выигрывал Каддафи», — говорится в статье.

С устранением Каддафи ПНС встал на путь незамедлительного формирования нормального правительства, но это будет непросто, уверен автор. «Слишком много различных сил хотят урвать свой кусок власти и несметных ливийских богатств: это и традиционалисты с либералами, и демократы с исламистами, и бизнесмены со старейшинами племен. Успех при этом вовсе не гарантирован». Многие ливийцы вот-вот начнут сравнивать ситуацию «до» и «после» — и здесь не избежать ностальгии.

Еще предстоит подсчитать, во что обошлась война в Ливии, в том числе в плане человеческих жертв, оценить роль каждой из сторон. «Воздушная операция союзников была начата под предлогом защиты мирного населения от резни, однако так называемый побочный ущерб тоже предстоит еще оценить. Для Ливии пришло время подвести итоги», — резюмирует автор.

Смерть Каддафи — исторический момент для Ливии и движения против тирании, охватившего арабский мир, пишет в редакционной статье Le Figaro. Конец Каддафи — великое событие не только для Ливии, но и для Африки, стран Магриба и Ближнего Востока, где полковник был олицетворением жестокого и продажного деспота, готового на все для дестабилизации своих соседей и тех, кто противился его прихотям. Д
ля всего мира он был персонификацией терроризма: Локерби, самолет авиакомпании UTA, болгарские медсестры — список его злодеяний бесконечен.

«Кто-то предпочел бы, чтобы властитель террора ответил за свои преступления перед судом. Но пусть его бесславный конец послужит уроком, — говорится в комментарии. — Он наступил в момент, когда «арабская весна» стала выдыхаться. Избавленные от Каддафи ливийцы оказались в авангарде движения на эмансипацию в регионе. Обладая завидными богатствами, немногочисленным населением и международной поддержкой, они имеют шанс справиться с вызовом и оправдать немного безрассудную ставку Николя Саркози на новую Ливию».

Уничтожение Каддафи станет мощным предвыборным аргументом кандидата Саркози, убежден обозреватель Le Nouvel Observateur Венсан Жовер. «Эта смерть поможет оправдать его масштабные внешнеполитические решения и замаскировать многочисленные ошибки в этой сфере».

Саркози скажет, что был прав, вернув Францию в объединенные структуры командования НАТО и подписав соглашение с Великобританией по обороне: в итоге две страны смогли провести ливийскую войну «почти без США». «Это победа Европы, заявит Саркози. Ему возразят, что все сложнее, что на самом деле без американцев ничего бы не получилось, что этот конфликт расколол Европу. Но аргументация кандидата возьмет верх», — предсказывает автор.

Если же Саркози напомнят, как в день избрания на пост президента он обещал сделать защиту прав человека своим главным приоритетом, но затем систематически игнорировал это обещание в Китае, России и других странах, он может ответить, что добился принятия в ООН резолюции о защите мирного населения в Ливии. Ему могут возразить, что Атлантический альянс, возможно, превысил свои полномочия в Ливии, однако эти суждения в эйфории победы вряд ли будут услышаны.

Ливийский «аргумент будет весомым, если только к маю 2012 года власть в Триполи не захватят радикальные и вооруженные исламисты, или какая-нибудь террористическая группировка не использует тысячи ракет ПВО, украденных с ливийских складов оружия, чтобы сбить самолет и убить тысячи мирных граждан. В таком случае скальп Каддафи станет для кандидата Саркози тяжелым бременем», — резюмирует Венсан Жовер.

С января арабских деспотов свергают одного за другим с беспрецедентной быстротой. Они уходили по-всякому, но самым драматическим стал уход Муаммара Каддафи, умершего в крови, пишет The New York Times.

Бен Али из Туниса, первый президент, свергнутый разгневанным народом в этом году, предпочел бежать в Саудовскую Аравию. Президент Египта Хосни Мубарак решился предстать перед судом, однако теперь, ослабев физически, он рискует запомниться лежащим на носилках за решеткой, говорится в статье. В числе прочих осаждаемых автократов «арабской весны» — президенты Башар Асад из Сирии и Али Абдалла Салех из Йемена, которые пытаются удержаться у власти. Возникают вопросы о том, как они будут реагировать на смерть Каддафи — заставит ли их она применять все больную силу против своих народов или отступить.

«Настоящий урок состоит в том, что в арабском мире появилась новая волна популярной политики, — считает профессор истории Жоан Коул из Мичиганского университета. — Люди не хотят мириться с диктаторами, склонными к геноциду».

Источник: Inopressa.ru

Категория: События в мире
Вы можете следить за комментариями через RSS 2.0 фид. Комментарии и Пинг закрыты.

Комментарии закрыты.