Россия не извлечет выгоды из своей агрессии

russian_aggression1.jpgВторжение в Грузию было абсолютно неоправданным — и мы будем еще энергичнее поддерживать стремление Грузии вступить в НАТО.

Не обязательно исследовать историю уничтожения Пражской весны в 1968 году, чтобы поежиться, наблюдая, как в соседнюю страну входят российские танки. Суть грузинского кризиса далеко не сводится к жизненно важным вопросам гуманитарных потребностей и победы верховенства закона над верховенством силы. Происходящее поднимает фундаментальный вопрос о том, способна ли Россия — и если может, то каким образом — играть полномасштабную и законную роль в рамках международной политической системы, основанной на определенных правилах, и, пользуясь своими правами, в то же самое время уважать чужие права.

Неотложные проблемы ясны. Режим прекращения огня следует в полной мере осуществлять на практике. Мы должны увидеть наглядные доказательства того, что теперь Москва приказала российским войскам отступить на позиции, которые они занимали до 7 августа, и что этот приказ осуществляется.

Манипуляции российской стороны вокруг вывода войск не делают ей чести. Жизненно важно также незамедлительно направить в соответствующий район международных наблюдателей (Великобритания внесет в эту работу свой полномасштабный вклад). Необходимо срочно доставить гуманитарную помощь — в этом смысле Великобритания тоже уже взяла на себя обязательства.

Эти действия нужно предпринимать в контексте четкого диагноза, поставленного событиям последних двух недель. Что касается меня, то мгла войны не мешает мне видеть суть.

С начала 1990-х замороженные конфликты в Южной Осетии и Абхазии являются предметом международного посредничества, направленного на их мирное урегулирование. На первой неделе августа провокация южноосетинской стороны повлекла за собой ответные действия грузинских военных. Эти ответные действия, со своей стороны, стали предлогом для сокрушительной агрессии России в границах Южной Осетии и за их пределами. Российские силы также вошли на остальную территорию Грузии со стороны Абхазии.

Россия не предоставила вещественных доказательств военных преступлений. Если такие доказательства имеются, они должны быть представлены, на их основе следует предпринять расследование и принять соответствующие меры. Но действия России несостоятельны. Во-первых, в ходе операций ее собственных войск Россия нарушила несколько резолюций Совета Безопасности ООН, за которые сама голосовала. Самая недавняя из них — резолюция 1808, принятая в апреле. Она вновь подтверждает суверенитет и территориальную целостность Грузии, а также ограничения деятельности российских миротворцев.

Во-вторых, Россия, в столь непохожих между собой случаях, как ситуации в Чечне и в Зимбабве, энергично ратовала против того, что считает «вмешательством» международного сообщества во внутренние дела суверенных государств. В данном случае она грубо попрала суверенитет соседнего (и демократического) государства. Китай и движение неприсоединившихся стран будут удивлены этой новой позицией.

Позиция Великобритании состоит в том, что агрессия не может привести и не приведет к перекрою карты российского бывшего «ближнего зарубежья» (или любого другого региона). Территориальную целостность Грузии следует уважать. Правительства, избранные демократическим путем, могут сменяться лишь по воле народа на свободных и справедливых выборах. Нормы международного права следует соблюдать. Это касается глубинной сути вопроса о том, как Россия понимает свое прошлое и как представляет себе свое будущее; и, прежде всего, признает ли она, что былые границы СССР ушли в историю, и мыслит ли себя в будущем частью международной системы, живущей по правилам.

Распад СССР породил новые реалии — в том числе, что немаловажно, суверенные независимые страны, имеющие собственное мнение и права, которые надлежит отстаивать. Многие из них уже вступили в ЕС и НАТО; такое же желание выразили Украина и Грузия, а НАТО заявило, что они могут это сделать. Они должны сами это выбрать. Поэтому в ЕС и НАТО, а также в резолюциях ООН нам следует энергичнее поддержать эти страны, одновременно налаживая сотрудничество с Россией, дабы продемонстрировать, чем придется расплачиваться за авантюризм и агрессию.

На чрезвычайном совещании министров иностранных дел государств-членов НАТО, которое состоится сегодня, я буду ратовать за оказание Грузии политической и практи
ческой поддержки. В политическом плане мы должны подтвердить, что поддерживаем ее территориальную целостность и, как и ЕС, объявивший о своей позиции на прошлой неделе, идею немедленного вмешательства международного сообщества, направленного на долговременное урегулирование замороженных конфликтов. В практическом смысле нам нужно подтвердить заверения, прозвучавшие на саммите НАТО в апреле, — нашу приверженность идее приема в альянс Украины и Грузии, а также на этой основе наладить основательное сотрудничество — военное и политическое, которое станет одним из элементов структурированного поэтапного плана с вступлением в НАТО в качестве конечной цели. В Грузии и Украине происходят значимые процессы реформ. Нам следует постараться поддержать их на пути их экономического и политического развития.

В отношении России я выступаю за диалог, основанный на твердой позиции, — предлагаю сделать блага международной системы, необходимые Кремлю в экономической и политической сферах, рычагом воздействия на Россию, принуждения ее вести себя ответственно.

У нас есть важные общие интересы с Россией, будь то в энергетике, в торговле или в сфере попыток предотвращения разработки атомной бомбы в Иране. А Россия, население которой убывает, а экономика по объему не намного превышает испанскую, нуждается в конструктивном международном партнерстве.

В качестве ответной меры нам следует гостеприимно принять Россию в такие структуры, как ВТО, — при условии, что российская сторона хочет подчиняться правилам. Нам следует больше сплотить Европу по таким вопросам, как энергетика, а затем уже вступить в сотрудничество с Россией: вместе мы являемся для России рынком, где она реализует свои энергоносители, и, хотя она является доминирующим поставщиком, когда ведет переговоры с 27 странами по отдельности, ее могущество сильно ограничено перед лицом слаженной позиции Европы на переговорах.

На международной арене Великобритания выступает за реформу G8 — прежде всего за расширение состава ее членов, дабы отразить современные реалии экономического баланса сил и положение стран вроде Индии и Китая. Я не поддерживаю идею исключить Россию из G8: это поощрит у россиян синдром жертвы нападок, подогреет российский реваншизм и позволит российской стороне позиционировать себя как защитника реформ в интересах тех, кто на данный момент не входит в G8. Вместо этого нам следует использовать G8 для работы над вопросами, по которым Россия может быть нашим партнером — будь то проблемы климатических изменений или списывание ядерного оружия в утиль. Но в то же самое время мы должны быть готовы действовать в качестве G7, когда Россия своими действиями вопиюще нарушает нормы международного права и не считается с нашими ценностями.

Политика России по вбиванию клиньев — между разными берегами Атлантики или внутри Европы — не принесет результатов, если мы будем следовать этим принципам и правильно применять их на практике.

На прошлой неделе министр иностранных дел России сказал, что у этого конфликта не было победителей. Нужно добиться, чтобы его исход действительно был таков.

Автор: Дэвид Милибэнд — министр иностранных дел Великобритании, The Times

Источник: Inopressa.ru

Также по теме: Накаляется новая холодная война

Категория: События в мире
Вы можете следить за комментариями через RSS 2.0 фид. Комментарии и Пинг закрыты.

Комментарии закрыты.