Грузинский бунт

georgian-revoltЕдва улегся шум вокруг бурных последствий парламентских выборов в Молдове, как на постсоветских просторах возник еще один скандал с «оттенком» госпереворота. Место действия — Грузия. Действующие лица — власть, военные, оппозиция. Отягощающие «обстоятельства» — Россия, НАТО и международные учения. Зрители — весь мир.

Публичный бунт

Ненавязчивые, но явные параллели между весенними событиями в Молдове и Грузии эксперты-геополитологи проводили на протяжении не одной недели. Общих оснований для этого было достаточно — практически одновременно в обеих странах стартовали акции протеста оппозиции. Но и различий хватало: молдавский бунт был ярким, но коротким, грузинские возмущения — растянутыми во времени, но знакомыми и привычными. Кроме того, официальный Кишинев быстро нашел «руку» внешнего фактора и назвал апрельские события «попыткой государственного переворота». Но, как показали майские события, грузинская власть взяла на вооружение схожий сценарий, правда, «отягощенный» дополнительными обстоятельствами.

Внутриполитическая ситуация в Грузии на начало мая и «сама по себе» складывалась не самым блестящим образом. Протестные акции оппозиции, обвиняющей президента во втягивании страны в «провокационную августовскую войну» и требующей его отставки, длятся уже около месяца. Кроме того, в этот непростой для государства момент на территории Грузии должны пройти масштабные военные учения Cooperative Longbow 09/Cooperative Lancer 09 под эгидой Североатлантического альянса, против которых активно выступает и без того не лояльный к Тбилиси Кремль. Поэтому сделанное за день до старта учений заявление грузинских властей о том, что в стране предотвращен военный переворот, моментально стало международной новостью номер один. А известие о бунте одного из танковых батальонов, дислоцированного вблизи Тбилиси, добавило событию особый колорит.

Базовая хронология событий «экспресс-мятежа» известна преимущественно с точки зрения грузинского руководства. Сначала пятого мая все грузинские телеканалы протранслировали брифинг начальника информационно-аналитического департамента МВД Грузии Шоты Утиашвили. «Раскрыт заговор с целью проведения мятежа в нескольких частях Минобороны. Организаторами были бывшие высокопоставленные военные. План был скоординирован с Россией и ставил целью как минимум срыв учений НАТО, а как максимум — организацию полномасштабного военного бунта в стране», — сообщил он. В подтверждение своих слов представитель МВД продемонстрировал запись оперативной видеосъемки беседы заговорщиков, обсуждающих то, что центром мятежа станет военная часть в Муховрани, откуда и будет произведена атака на Тбилиси, которую впоследствии поддержат 5 тысяч российских военных, выдвинувшихся со стороны Южной Осетии и Абхазии. Дальнейшие события должны были развиваться как в лучших образчиках жанра политического боевика: власть свергается, «враги режима» возвращаются, проводятся выборы, по итогам которых Грузия присоединяется к союзному государству России и Беларуси, а бунтовщики получают по 50 тысяч долларов на брата… Единственный собеседник, чье лицо не было заретушировано, был опознан как экс-командир элитного спецподразделения Минобороны «Дельта» Гия Гваладзе, но в «перечень» мятежников были внесены 7 бывших высокопоставленных военных (включая и двух экс-министров обороны Грузии — Георгия Каркарашвили и Давида Тевадзе).

Дальнейшие события развивались «в темпе вальса». Министр обороны Давид Сихарулидзе объявил, что в Муховрани взбунтовался танковый батальон. Затем по улицам Тбилиси прошла бронетехника, которая при поддержке военных вертолетов направилась в сторону места дислокации мятежников. Там к тому времени успело собраться высшее руководство страны, возглавляемое Михаилом Саакашвили. Тем временем командир бунтовщиков Мамука Горгишвили заявил, что военные «не могут больше терпеть» сложившуюся из-за отсутствия диалога между властью и оппозицией внутриполитическую ситуацию в стране, но агрессивные действия предпринимать не собираются. Вскоре после этого президент убедил мятежников сдаться. В военных частях Грузии был введен режим чрезвычайного положения, стартовали аресты предполагаемых заговорщиков (к вечеру были задержаны 13 гражданских и около 500 военных), а Михаил Саакашвили обратился к нации с официальной версией событий, заверив, что будут предприняты все «меры для того,
чтобы не допустить долгосрочных беспорядков внутри страны». Переворот был объявлен предотвращенным, и дальнейшие интересы сосредоточились на его интерпретации.

На сегодня существует три базовых версии событий 5 мая. Первая, она же властная — переворот действительно имел место быть (хотя замешанные военные отрицают правдоподобность такого сценария), а его цель, как считает МВД Грузии, — как минимум сорвать международные военные учения, как максимум — покуситься на жизнь президента и сменить власть в стране. Вторая, она же оппозиционная — переворот был инициирован официальным Тбилиси с целью введения чрезвычайного положения в стране, чтобы «под шумок» кардинально пресечь протестую деятельность. Третья, она оппозиционно-внешняя — 5 мая в Грузии прошла масштабная пиар-акция по отвлечению внимания от реальных проблем и переключению его на несуществующие (сторонником этой версии является оппозиционер Давид Гамкрелидзе). Как бы то ни было, специфический «рекламный» эффект «бунт в прямом эфире» все-таки оказал, и воспользоваться им, судя по богатству интерпретаций, могут все желающие.

(Не)бесполезный мятеж?

Информационное эхо грузинских событий 5 мая будет звучать еще долго — тема слишком благоприятна для спекуляций, чтобы вскоре о ней забыть. Тем не менее, первое подведение промежуточных итогов «кому выгоднее?» и «чего достигли?» можно провести по горячим следам. Правда, это «подведение» существенно усложняет поливариантность произошедших событий.

Если брать за основу официальную версию, то можно констатировать — мятеж, кто бы за ним не стоял, не удался: Грузия свободна и независима, Михаил Саакашвили жив и при власти. Но программа-максимум на то и «максимум»: рассчитывать на ее стопроцентное выполнение в таком тонком деле, как военный переворот, несколько затруднительно. Следовательно, на первый план выходит «вариант-минимум» — срыв военных учений, который, как уже упоминали «Подробности», действительно был бы выгоден России.

С подобной точки зрения бунт снова можно признать провальным. Как известно, Cooperative Longbow 09/Cooperative Lancer 09 стартовали согласно плану, и сворачивать учения ни грузинская сторона, ни НАТО не планируют. С другой стороны, бесследным произошедшее тоже назвать сложно — в последний момент перечень участников вновь сократился. Причин тому может быть масса: от уважения к мнению России, уверенной, что проводить учения (заявленные, правда, как штабные) в подобном сложном регионе просто нельзя — до сугубо практических соображений в стиле «как можно проводить учения на территории государства, которое собственные войска не контролирует?». В силу этого возникает закономерный вопрос: а стоит ли Украине принимать участие в мероприятии с запятнанной репутацией. Аналитики считают, что стоит — директор Международный программ Центра Разумкова Валерий Чалый полагает, что не стоит жертвовать сотрудничеством с Альянсом во имя «колебания настроений» Кремля.

И учет степени российской заинтересованности, и стремление «отбелить» репутацию грядущего военного «междусобойчика» могут быть вероятными причинами активного розыгрыша «московской карты» в контексте событий 5 мая. Впрочем, у Кремля, который использовал натовские учения в Грузии как повод для ультиматумов в ходе возобновления диалога с Альянсом, появился новый повод для возмущения. Cooperative Longbow 09/Cooperative Lancer 09 отошли на второй план — топовой темой стала взаимная московско-брюссельская высылка дипломатов. Но на этом, по словам постпреда России при НАТО Дмитрия Рогозина нужно ставить точку и не потакать тем, «кто пытается воспрепятствовать нормализации отношений между Россией и НАТО». Вероятнее всего, в список «препятствующих» Грузия включена по умолчанию.

Следующий аспект оценки пользы/бесполезности мятежа находится в рамках версии грузинской оппозиции. Действительно, вне зависимости от того, кто организовал бунт генералов и танкистов, сомнения в том, что грузинская власть при желании сможет использовать открывающиеся перед ней возможности по интерпретации событий на полную катушку, практически не возникают. Плавное «переосмысление» демократических ценностей, которое в последние годы наблюдается за Михаилом Саакашвили, трудно недооценить. И, вероятно, оппозиционеры действительно имеют основания для беспокойства, особенно с учетом того, что это уже не первый разоблаченный «заговор».

В контексте «пользы для режима» (который в ближайшее время, судя по всему, будет активно эксплуатироваться Кремлем) особенно интересно выглядит гото
вность украинских политиков приложить «рубашку» поближе к телу. В день мятежа, 5 мая, лидер украинских коммунистов Петр Симоненко рассказал, что Виктор Ющенко и Партия регионов в течение месяца договорятся между собой до введения чрезвычайного положения на территории страны. По мнению главного «ленинца» причиной для этого может стать вынужденное бездействие заблокированного парламента. Почему же в таком случае речь может зайти именно о ЧП, а не о вполне закономерных досрочных выборах в Верховную раду — история умолчала. В принципе, на основе концепта «прямое президентское правление» уже впору снимать фильмы ужасов, рассчитанные специально на украинских политиков. К тому же политологи не рассматривают «грузинский сценарий» как вероятный для Украины. И страна не та, и люди не те: ситуация менее острая, политикум все-таки в большей степени нацелен на очередные президентские выборы, да и армейский бунт выглядит маловероятно, разве что недофинансирование доконает… Но то, что оппозиция в ближайшее время будет использовать аргументацию в диапазоне между «Ющенко сделает, как его друг Саакашвили» и «не хотите дружить с Россией — будет как в Грузии» — весьма вероятно.

Поскольку реальная подоплека свежих грузинских событий остается неизвестной, на сегодня максимальную выгоду из произошедшего могут извлечь сторонники «пиар-версии». Безусловно, в первую очередь свою порцию дивидендов получат как внутригрузинские, так и «внешние» апологеты идеи об инсценизации — по причине недоказанности обратного. С другой стороны, «публичность мятежа» и одновременная «затуманенность» происходящего позволяет строить массу версий, подтверждать которые и не обязательно. Главное — создать нужный той или иной стороне информационный фон. Этого, судя по всему, уже опасаются в Тбилиси: Михаил Саакашвили считает, что мятеж — это удар не только по сотрудничеству Грузии с НАТО, но и по программе Евросоюза «Восточное партнерство», которая будет презентована 7 мая. По странному совпадению, с двумя из шести потенциальных участников проекта (Грузии и Молдове) в последнее время «случились» попытки переворотов. И по такому же странному совпадению, указанная программа вызывает некоторое неодобрение у руководства РФ…

«Пиар-эффект» от последних событий отнюдь не ограничивается базовыми версиями. Например, американская пресса опасается, что «окологрузинские» события могут «похоронить» наметившееся с переездом в Белый дом Барака Обамы потепление отношений с Кремлем. Причем, основным аргументом может служить обеспокоенность Штатов соглашением между руководством России и Южной Осетии и Абхазии о совместной охране границ непризнанных государств. В этом контексте «российский след» в грузинском бунте, даже будучи неподтвержденным, заставляет в очередной раз оценить сложившуюся систему безопасности на Кавказе. С другой стороны, внутренние военные проблемы Грузии могут послужить причиной того, что НАТО сократит сотрудничество с подобным ненадежным партнером (у генсека Альянса Яапа де Хооп Схеффера пространное заявление Михаила Саакашвили уже вызвало недовольство)… С третьей — «пиар-эффект» может нести исключительно внутреннюю пользу как очередная попытка объединить нацию перед лицом внешнего врага. В четвертых (этой версии придерживается британская The Financial Times) — речь может идти и о ситуации на рынке энергоносителей: внутренняя нестабильность Грузии рискует помешать реализации проектов альтернативных газопроводов, идущих через Кавказ… Как ни глянь — геополитические (не говоря уже о внутренних) последствия майского бунта в грузинской армии могут оказаться весьма разнообразными и крайне интересными. Вернее даже не самого мятежа, был он или нет, а его «публичной» части.

Автор: Ксения Сокульская

Источник: Подробности

Категория: События в мире
Вы можете следить за комментариями через RSS 2.0 фид. Комментарии и Пинг закрыты.

Комментарии закрыты.